«Чрезвычайная» ловушка для парламентского большинства

Главная / Аналитика / «Чрезвычайная» ловушка для парламентского большинства
Владимир РОТАРЬ Власти так и не смогли наполнить действующий в Молдове режим ЧП практическим и смысловым содержанием, фактически подтвердив политическую подоплеку его введения  Уже более недели в Молдове действует режим чрезвычайного положения. Он был утвержден депутатами по просьбе правительства 31 марта, после чего Комиссия по чрезвычайным ситуациям определила ряд ограничительных мер, направленных на борьбу с пандемией. Среди них: ужесточение санкций против экономических агентов, нарушающих карантин, особый режим передвижения людей в Кишиневе и Бельцах и работы государственных и частных учреждений, запрет массовых мероприятий и т.д. Следует признать, что к моменту введения чрезвычайного положения Молдова уже вовсю «омывалась» третьей волной COVID-19. 24 марта был установлен абсолютный антирекорд по числу заболевших, постоянно росли числа находящихся в тяжелом состоянии и умерших. Несмотря на это, в действиях правительства и парламента сразу усмотрели отнюдь не эпидемиологические, а очень даже политические соображения. Во-первых, обращала на себя внимание спешка, с которой принималось решение в парламенте (а также отсутствие проработанной стратегии ограничений в период карантина). Во-вторых, еще недавно, в середине марта, социалисты обрушивались с жесткой критикой в адрес Майи Санду и Высшего совета безопасности за инициативу о введении режима ЧП на две недели. Тогда, к примеру, Игорь Додон обвинил президента в намерении организовать новый локдаун: «Она хочет заблокировать все экономические и институциональные процессы и заставить людей сидеть закрытыми дома. Она потребовала закрыть все, что движется в стране. Это необдуманное и губительное предложение, которое не учитывает мнение граждан и экономических экспертов, а также социальные и экономические последствия». Риторика парламентского большинства резко изменилась после неожиданного самоотвода кандидата в премьеры Марианы Дурлештяну и последующего провала голосования за кабмин Игоря Гросу. Тем самым были созданы предпосылки для роспуска парламента и досрочных выборов, чего всеми силами стремились избежать партии коалиции. Единственным вариантом, который в сложившихся обстоятельствах мог отсрочить выборы, было введение ЧП — и он был оперативно реализован, причем сразу на 60 дней. Даже несмотря на то, что на руку парламенту сыграла стремительно ухудшающаяся эпидемиологическая ситуация, это был очень сомнительный ход со всех точек зрения. Население, уставшее от всяческих ограничений, восприняло его, мягко говоря, не с воодушевлением. Не были соблюдены правовые условия для введения ЧП (голосование по нему было инициировано то ли временным правительством, то ли группой депутатов — в любом случае, ни у кого из них не было на это законных полномочий), что дает мощные аргументы для его отмены в Конституционном суде. Ну и главное — за прошедшее время власти так и не смогли доказать обоснованность чрезвычайного положения в, скажем так, практическом плане. Оно вышло каким-то половинчатым и непродуманным: хаотичные меры, порой не поддающиеся логике (запрет гулять в парках наряду с работающими рынками, супермаркетами и другими местами массового скопления людей), которые отменяются на местном (!) уровне, отсутствие важных моментов вроде поддержки экономики, туманная ситуация с вакцинацией и поставками вакцинных препаратов. Отказ от наиболее серьезных ограничений легко объясним — никому не хочется чрезмерно ограничивать население и экономику — но как раз из-за этого смысл нынешнего ЧП теряется окончательно. Сейчас правда пошли разговоры о неких более жестких мерах, но опять же без особой конкретики. На этом фоне мнение о том, что чрезвычайное положение было введено в силу исключительно политических мотивов, только укрепилось. По сути, достаточно быстро стало ясно, что решение о ЧП принималось впопыхах, в связи с изменившейся политической конъюнктурой, а над его внутренним наполнением заранее никто не думал. Что довольно странно, ведь этот сценарий уже давно рассматривался как возможность для правящего большинства отсрочить роспуск народных избранников, и коллеги рассуждали о нем еще месяц назад. Отсутствие плана «Б» может дорого стоить альянсу ПСРМ-«ШОР». RTA изначально обращал внимание на всю рискованность данной затеи. При этом и достичь задуманных целей она вряд ли поможет — на днях стало известно, что депутаты оппозиции готовят письмо в Конституционный суд с просьбой признать незаконным введение режима чрезвычайного положения на территории страны. И если отталкиваться от буквы закона, то у КС нет особых оснований, чтобы не удовлетворить этот запрос, равно как и не констатировать наступление условий для роспуска парламента. Конечно, в данной ситуации оппозиция показала себя не лучше своих противников. Вместо того, чтобы сразу обжаловать «незаконное», по их мнению, решение парламента, они тактично выдержали более чем недельную паузу, используя ее для критики ЧП и его «авторов». Тем не менее, ущерб для социалистов и «шоровцев» будет несоизмеримо выше. Особенно с учетом того, что сам врио премьер-министра Аурелиу Чокой признал происходящее частью политической борьбы: «Думаю, что 30 дней было бы достаточно, но в решении, представленном парламенту, мы не указали никакого срока. Сначала можно было установить чрезвычайное положение на 30 дней, а затем, в зависимости от развития эпидемии, решить, продлевать его или нет. Могу признать, что рекомендация, с которой правительство выступило в парламенте, была использована в политических целях». Кроме того, намедни лидер социалистов Игорь Додон также отметился заявлением, где напрямую увязал отмену ЧП с назначением нового правительства. «Чтобы в Молдове отменили ЧП, у нас должно быть не меньше 350-400 тыс. вакцинировавшихся, и врачи должны четко сказать, что больше не будет всплесков заражений. Или нужно назначить дееспособное правительство. Как только президент вернется в конституционное поле, или Конституционный суд решит, что мы можем назначить кабмин, то в тот же день парламент отменит ЧП», — сказал Додон. Логика экс-главы государства понятна, но все же подобные речи скорее играют на руку его оппонентам. Досрочные выборы неотвратимо наступают, и пока инициатива принадлежит президенту и ее окружению. Промах с ЧП будет обязательно использоваться в будущей избирательной кампании PAS в качестве доказательства беспринципности их коллег-законодателей из стана коалиции ПСРМ-«ШОР». Как показывают последние опросы, между этими тремя партиями наблюдается шаткий паритет, и любой эпизод может качнуть политический маятник в ту или иную сторону. В этих условиях всем участникам будущего электорального забега следует с особой тщательностью готовить свои тактические шаги, чего пока не наблюдается. Ход с ЧП следует признать откровенно поспешным и неудачным — и он может громко аукнуться его инициаторам в ходе грядущих выборов.
1