Военная провокация в Приднестровье – кому выгодно обострение?

Главная / Комментарии / Военная провокация в Приднестровье – кому выгодно обострение?
Расконсервация приднестровского конфликта с каждым днём приобретает всё более осязаемые черты. Уже сейчас можно определить интересы ключевых игроков и уязвимые места в сложившейся архитектуре безопасности
Антон ШВЕЦ, RTA: Нагнетание напряжённости в черноморском регионе постепенно достигает пика. Эпицентр событий вновь переместился в Украину, вокруг которой последние недели не утихает информационная истерия о «неминуемой российской атаке», подпитываемая в первую очередь Вашингтоном, а с недавних пор – самим Киевом. Теперь и в соседней стране всерьёз рассуждают о масштабе и стратегии гипотетического нападения, разумеется, не обходя вниманием и Молдову. Ширится мнение о том, что с нашей стороны, а именно из неподконтрольного властям левобережья, где расквартирована группировка российских войск, также последует один из ударов РФ. Стоит понимать, что в Украине совершенно точно имеют объективное представление о том, что никакое нападение со стороны Приднестровья не рассматривается как возможное. Украинские наблюдатели более 20 лет участвуют в миротворческой операции на территории региона. С учётом соприкосновения с левобережьем Днестра и свободной деятельности там многочисленных проукраинских организаций Киев располагает достаточным массивом военно-разведывательной информации о ситуации и планах вооружённых сил, дислоцированных в Приднестровье – местной армии и оперативной группировки российских войск, тоже почти полностью состоящей из жителей левобережья Днестра. В самом Тирасполе также отчётливо понимают, что любой агрессивный выпад может иметь для него фатальные последствия, развязывая руки Кишинёву для силового подавления сепаратизма на Днестре. Да и в принципе население Приднестровья, включающее огромное число граждан Украины и Молдовы, никогда такого рода авантюру не поддержит. Тем более что крошечный мобилизационный потенциал непризнанного образования явно недостаточен, чтобы по-взрослому угрожать Украине. Точно так же будет против политическая элита региона, имеющая серьёзный бизнес на территории Украины и осознающая, что любая «разморозка» спровоцирует перегруппировку не только сил и средств, но также активов и капиталов, что явно не пойдёт на пользу долгосрочным коммерческим интересам Тирасполя. И, тем не менее, в Киеве продолжают раскручивать тему российской угрозы, исходящей из Приднестровья. Причём не только риторически, но и практически. На прошлой неделе в Одесской области украинские «морские пехотинцы» на учениях отражали российскую агрессию, устроив засаду и в последующем выбивая диверсионные группы предполагаемого противника из занятых им административных зданий. Единственное разумное предположение о причинах таких манёвров состоит в том, что определённые силы в самой Украине заинтересованы в провоцировании напряжённости для отвлечения внимания от внутренних проблем. Одним из инструментов решения этой задачи может быть Приднестровье, население которого лояльно по отношению к России и автоматически является лёгкой мишенью для украинских СМИ по раскручиванию образа врага и потенциального агрессора. Но есть определённые круги в Украине, готовые использовать мнимую приднестровскую угрозу не только в теории, но и на практике. Локальный управляемый конфликт с реальными ограниченными боевыми действиями и контролируемым ущербом населению и критической инфраструктуре тоже рассматривается как один из возможных сценариев решения задач по продвижению интересов западного сообщества, прежде всего США, в регионе. Об этом совершенно открыто говорит советник бывшего президента Дональда Трампа Джон Болтон, призывающий в своих публицистических выкладках закрыть вопрос Приднестровья – «искусственного образования, полностью политически зависимого от России» силовым путём. Слова Джона Болтона подкреплялись конкретными действиями предыдущей администрации американского президента, стратегию которой в целом продолжает офис Джо Байдена. Так, в период президентства Дональда Трампа при нашем министерстве обороны появилась должность постоянного военного советника из США. Недавно был открыт задуманный ещё прошлой администрацией центр НАТО по реагированию на киберинциденты. Военные учения на территории Молдовы и Украины продолжаются. С учётом наличия созданной раньше серьёзной военной инфраструктуры США и НАТО в Молдове, законодательных норм, определяющих российские и приднестровские военные и парамилитаристские формирования в качестве основной угрозы безопасности Молдовы, вероятность обострения на Днестре увеличивается кратно. В конце концов, не зря США направили военные самолёты с вооружением в аэропорт города Кишинёва. И активно вооружают Украину летальным оружием. Не стоит забывать специфику прогнозов Джона Болтона, которые в большинстве случае представляют собой отнюдь не досужие рассуждения, а вполне конкретное обнародование планов и возможных сценариев дальнейшего развития событий. Именно эта «новая искренность» помогла ему заполучить устойчивое положение в истеблишменте. Если говорить об интересах, то позиция Украины ясна и описана выше. Ей «разморозка» приднестровского сюжета нужна во внутриполитических целях, в том числе для дополнительной дискредитации пророссийских партий и политиков, якобы поддерживающих провоцируемые Россией сепаратистские тенденции. Кроме того, Украина не является достаточно самостоятельным игроком и зачастую действует в рамках стратегии, разработанной и навязанной Вашингтоном. Сами же США стандартно используют тактику контролируемого хаоса – обострение в Восточной Европе не несёт никаких военно-политических рисков для США. Постконфликтное администрирование всегда можно передать на аутсорсинг самим сторонам и Европейскому союзу вместе со всеми расходами. Зато оживление темы российской угрозы может отвлечь внимание от противостояния в индо-тихоокеанском театре, где Джо Байден пока опасается окончательно ссориться с Китаем. К тому же стратегическую задачу по дискредитации и устранению российского военно-политического присутствия в регионе никто не отменял. Напротив, эта нацеленность повторяется в каждом пресс-релизе Госдепа США и в публичных выступлениях президента Майи Санду в настолько похожих терминах, словно у них общий спичрайтер. Наиболее эффективный способ реализации сценария обострения – провокация, объектом которой предсказуемо могут стать российские склады техники и вооружения на севере Приднестровья. Любая техногенная катастрофа, даже непреднамеренная, моментально поднимет вопрос о ликвидации складов и автоматически о расформировании ОГРВ. В свою очередь, без последней могут возникнуть проблемы с деятельностью миротворческого контингента России, что позволит поставить вопрос ребром о трансформации действующей миссии в гражданскую или полицейскую с международным мандатом. Число невоенных методов противодействия подобной угрозе с российской стороны ограничено, поскольку формат «5+2» не работает, да и в период председательства Польши в ОБСЕ в 2022 году Москва вряд ли найдёт для себя там надёжных партнёров. Но и отказаться от защиты собственных интересов на приднестровском театре Кремль не сможет, поскольку утрата позиций в Молдове спровоцирует усиленное давление на Беларусь, Крым и в Восточной Украине. В этом смысле Россия всячески постарается избежать кризисного сценария, не допуская провокационных действий, кто бы ни был их инициатором. Однако «дурное дело нехитрое», поэтому многое здесь будет зависеть от мнения наших властей. Если Кишинёв даст Киеву и заокеанским партнёрам чёткий сигнал о незаинтересованности в кризисе, может быть, эту позицию всё же примут к сведению. Проблема в том, что нынешнее правительство не является самостоятельным или компетентным, чтобы разумно принимать подобные решения и объективно осознавать долгосрочные интересы страны. Это подтверждается целой серией уже допущенных ошибок, которые не только ведут к снижению уровня жизни населения, но и парализуют самих членов правительства, всё чаще боящихся брать на себя ответственность и предпочитающих слепо довериться зарубежным консультантам. А что насоветуют такие консультанты, легко понять, прочитав статью того же Болтона.
1