«Россия созрела к тому, чтобы учитывать румынские интересы в Молдове»

Главная / Обзоры / «Россия созрела к тому, чтобы учитывать румынские интересы в Молдове»
Москва, по всей видимости, согласилась с тем, что Молдова является зоной исключительных интересов Бухареста, а на пространстве между Прутом и Днестром может быть только один «мир» – Румынский 
После окончания периода внешней изоляции Молдовы, закончившейся с приходом к власти президента Майи Санду и ее партии «Действие и солидарность», международные контакты республики расцветают. Особенно ярко это видно на примере отношений с Румынией. Времена, когда Бухаресту приходилось выступать в Брюсселе не в привычной роли адвоката Молдовы, а ее прокурора, требуя ужесточить условия предоставления европейской помощи, прошли. Нынешние молдавские власти имеют полное взаимопонимание с румынскими коллегами, подчеркивают исключительный характер отношений двух стран, возрождая традиции проведения совместных заседаний парламентов и правительств, регулярно обмениваясь визитами на высшем и не только уровне. Большинство молдавских и румынских экспертов полагают, что страны вступают в новый исторический этап развития отношений, которые будут характеризоваться ускоренной взаимной интеграцией в стратегических областях.  Прологом к этому можно считать подписанную 23 ноября в ходе визита Майи Санду в Бухарест дорожную карту о приоритетных направлениях сотрудничества, которая включает в себя оказание технической и финансовой помощи, региональную и территориальную кооперацию, сотрудничество в сфере энергобезопасности и многое другое. «Румыния является важнейшим стратегическим партнером, без которого Республика Молдова не может развиваться, чтобы у нее была эффективная демократия, функциональное правовое государство, динамичная и устойчивая экономика, национальная безопасность, соответствующая ее идеалу суверенного и независимого государства», – комментирует отношения двух государств новый посол Молдовы в Румынии Виктор Кирилэ. Посол также выделяет исключительную важность «братского плеча» Бухареста для европейской интеграции Молдовы. По его словам, сейчас в условиях наличия стабильного «проевропейского и прорумынского большинства» есть реальный шанс  сблизиться с Европейским союзом благодаря помощи соседнего государства: «Румыния желает помочь нам как можно быстрее интегрироваться в Европейский союз, продвинуться по пути реформ, продвинуться вперёд в построении функционирующего правового государства. Она желает помочь нам создать единое экономическое пространство с Румынией и, тем самым, с Европейским союзом, потому что понимает, что это может способствовать политической и экономической стабильности в Республике Молдова, процветанию граждан. Это большая удача, что у нас есть такое государство-союзник, как Румыния, которое не обусловливает свою помощь политическими амбициями». Одним из сложных моментов остается приднестровский вопрос. Данный регион, контролируемый Москвой через марионеточный сепаратистский режим, по понятным причинам выпадает из описываемых интеграционных процессов. До сих пор как в самой Молдове, так и в Румынии существуют разные взгляды на место этой территории в объединенном румынском пространстве. Виктор Кирилэ, к примеру, считает, что реинтегрирация левобережья в правовое, экономическое и социальное пространство Республики Молдова уже активно идет и ее необходимо продолжать: «Я думаю, что за последние 15 лет мы должны признать, что с экономической и социальной точки зрения приднестровский регион стал гораздо более интегрированным, чем это было раньше. Важнейшим экономическим рынком для приднестровского региона является Правобережье и Румыния. Мы, правый берег вместе с Румынией, являемся стратегическим рынком для приднестровского региона». Главным препятствием на этом пути, по мнению Кирилэ, служит незаконное присутствие российских войск и текущая миротворческая миссия, не выполнившая свою цель. Посол указал на то, что между двумя берегами нет вооруженных столкновений, а Кишинев неоднократно подчеркивал свое желание решить конфликт мирным путем. При этом имеющаяся миссия не обладает мандатом, чтобы сближать и углублять отношения двух берегов, расширять контакты между их жителями: «Вот почему мы хотим, чтобы эта миротворческая миссия в ближайшем будущем, конечно, путем переговоров с нашими важными партнерами, такими как Соединенные Штаты и Европейский союз, но также и с Российской Федерацией, чтобы убедить их в том, что необходима другая миссия, которая будет контролировать и гарантировать безопасность в этом районе, гражданская международная миссия с четким мандатом, цель которой – способствовать диалогу и взаимодействию между нами. Повторяю, миротворческая миссия не имеет этого мандата и поэтому не может способствовать процессу реинтеграции и сближения двух берегов Днестра». Позиция России действительно на протяжении долгого времени была камнем преткновения на пути окончательного урегулирования приднестровского конфликта. Несмотря на официальное признание территориальной целостности Республики Молдова, Москва многопланово поддерживала тираспольский режим, да еще и искусственными методами вроде массовой раздачи своих паспортов создавала для себя причины, чтобы укреплять влияние в Приднестровье и через это, а также энергетические привязки держать в заложниках всю Молдову. Считается, что политика Кремля здесь не имеет особых тенденций к трансформациям – но не все разделяют это мнение. Так, политолог из Бухареста Раду Унгуряну видит существенные перемены и в поведении России, и в решении приднестровской проблемы. «Процесс урегулирования, наконец-то, вырывается из того бесперспективного болота, в которое его завели в последнее десятилетие. Как показало время, отход от обсуждения непосредственно формулы воссоединения в пользу решения мелких бытовых проблем себя не оправдал. Как бы ни шел Кишинев навстречу Тирасполю, власти региона придумывают все новые и новые «проблемы», вклинивая их в переговоры, которые в таком режиме могут длиться бесконечно.  Поэтому нужен совершенно другой подход», – объясняет эксперт. Унгуряну воодушевлен последними событиями вокруг Приднестровья, которые могут свидетельствовать о приближении развязки этого многолетнего конфликта: «То, что сепаратистский режим называет «блокадой», на самом деле является ничем иным, как возвращение в общее правовое и экономическое пространство. Это, кстати, идет на благо самому региону, создавая для него новые экономические возможности, как это уже было с DCFTA. Доказательством того, что ничего особенного не происходит, служит и недавнее вполне спокойное заявление Совета министров ОБСЕ, согласованное, кстати, и Россией, которое подтверждает безкризисный ход урегулирования». Эксперт из Бухареста считает, что Россия смирилась с тем, что урегулирование конфликта возможно только на условиях Кишинева и Бухареста, а сама Молдова является исключительной зоной румынских национальных интересов: «Не знаю, умерла ли окончательно идея так называемого «Русского мира» в принципе, но точно она не прижилась в Молдове. Какие бы политики не находились у руля в Кишиневе, зона между Прутом и Днестром – была и остается нашим естественным «ареалом влияния», единое будущее которого не вызывает сомнений. Здесь может быть только «Румынский мир», если хотите». Приход Санду и ее молодой перспективной команды к власти, как считает аналитик, поможет, наконец, разорвать порочный круг и все-таки вырвать Молдовы из цепких рук Кремля: «Якорь номер один – энергетика. Правительство Молдовы твердо намерено за несколько лет диверсифицировать источники энергоресурсов, чтобы вновь не испытывать на себе шантаж Москвы. Деньги уже найдены, политическая воля есть,  поэтому можно надеяться, что все намеченное удастся реализовать в срок. Якорь номер два – Приднестровье. Но и здесь как видим есть большие подвижки. Если в ближайшие пару лет мы не увидим резкого изменения статус-кво, можно будет фиксировать, что Москва негласно согласилась оставить регион, которому после этого не останется ничего другого, как вернуться в родную гавань».
1